Апр
28

Social Intelligence: на пороге

В России уже стали привычными англоязычные competitive intelligence, market intelligence, business intelligence. Хотя с российскими их переводами иногда возникает определенная путаница. Так, наиболее подходящий по смыслу термин «деловая разведка» практически не используется, потому что в английском языке он четко привязан к программным продуктам, связанным с обработкой оперативной и иной информации на предприятии, в основном, внутри.

Сегодня в мире все более активно используется social intelligence, которая в самом общем виде может быть определена как методы, технологии, приемы, процедуры поиска, обработки и анализа информации о  топ-менеджерах, специалистах и персонале применительно к бизнес-задачам. Последнее хотела бы подчеркнуть особо, поскольку реальный бизнес уже давно не сводится нигде в мире только к конкурентной среде и рыночным отношениям, а включает в себя множество слоев и контуров, связанных, в том числе, с внерыночными отношениями, в различных средах, например, в среде взаимоотношений бизнеса и власти на самых различных уровнях.

Надо сказать, что хотя сами американцы и англичане начали активно использовать в последние годы термин social intelligence, даже в английском языке он пока в основном ассоциируется не с разведывательной деятельностью, а с одним из новых течений психологии. На смену моды на эмоциональный интеллект, книги о котором активно издаются в России сегодня, мейнстримом стал социальный интеллект. Поэтому когда будете гуглить эту тему, не удивляйтесь, если значительная часть материалов будет относиться не к одному из разделов бизнес-разведки. А к когнитивным наукам.

Social intelligence и конкурентная разведка

Если считать в соответствии с практикой конкурентную разведку, бизнес-разведку и коммерческую разведку синонимами, то social intelligence является их важной составной частью.

Social intelligence находится в достаточно неоднозначных отношениях с маркетингом, с которым сегодня часто связывают конкурентную разведку. Конечно,  маркетинг, занимаясь продвижением товаров и услуг, требует информации о состоянии рынка, намерениях конкурентов, возникающих рисках и возможностях. Но это – прерогатива в большей степени market intelligence. В своем человеческом измерении маркетинг все же больше ориентирован на потребителя, а social intelligence – на топ-менеджеров и специалистов организаций-конкурентов и собственного бизнеса.

Social intelligence близка, но не тождественна HUMINT, который по-русски имеет отношение к агентурной разведке, хотя зачастую изящно называется «социальными технологиями».  HUMINT ориентирован в конечном счете на активные мероприятия, так называемые, прямые методы сбора информации у ее первичных носителей. В свою очередь, social intelligence не отрицая, а даже во многих случаях предполагая такую возможность, в большей степени нацелен на мониторинг, сбор и анализ информации в социальных сетях и web 2  в целом.

На практике, social intelligence является сосредоточением интересов трех групп профессионалов – безопасников, хэдхантеров и конкурентных разведчиков. Это и неудивительно, поскольку, в конечном счете, она предполагает, прежде всего, отслеживание активности топ-менеджеров, специалистов и персонала в целом  в Web 2 и соцсетях. Мониторится, прежде всего, отношение работников к своей компании и компаниям-конкурентам, сообщаемая ими в сети информация о своей профессиональной деятельности, отношение к владельцам бизнеса, топ-менеджменту и т.п. Кстати интересно, что согласно весеннему исследованию Superjob, уже в настоящее время  лишь менее 60% работников не боятся, что их компании не мониторят их высказывания в блогах, соцсетях и других элементах web 2. Хотя, по данным другого опроса, данное опасение отнюдь не останавливает работников ко все более нарастающей активности в этих самых соцсетях.

Будущее social intelligence

Значение social intelligence, несомненно, будет непрерывно нарастать. Это связано как минимум с четырьмя обстоятельствами.

За время существования интернета и особенно последние три-пять лет, практически все его активные пользователи оставляли, оставляют и будут оставлять информационные следы. Более того, если раньше они это делали от случая к случаю, то с массовым распространением Twitter, который с 26 апреля заговорил по-русски, делают это чуть ли е в режиме реального времени.

Об  информационных следах очень хорошо сказал один из наиболее читаемых сегодня в Америке писателей Маршалл Смит: «В интернете нет анонимности и, рано или поздно,  по вашим следам можно определить, кто вы и где вы. Сеть не детская песочница, это пустыня, где следы остаются надолго». С профессиональной точки зрения об этом в своих лекциях, переведенных на русский язык, рассказал ведущий специалист в области безопасности Стив Рамбам. Виртуальный интернет в отличие от реального мира, что называется, навечно хранит любые следы действий человека, что собственно и использует social intelligence.

В условиях признаваемого во всех ведущих странах мира снижения уровня базового профессионального образования, все более ужесточается уже даже не борьба, а война за таланты. Более того, сегодня не только в России с ее деградирующим образованием, но и в казалось бы благополучных Америке и Европе ощущается хроническая нехватка специалистов по многим профессиям. Соответственно, хэдхантинг и target crossing завоевывают все новые и новые позиции. А одним из их самых эффективных их инструментов, как раз является social intelligence.

В последние десять лет западная, а за ней и российские школы менеджмента переживают бум Викиномики и, соответственно, максимально поощряют горизонтальную коммуникацию между работниками, прежде всего, внутри организации и со смежниками. А альфой и омегой сегодняшнего маркетинга стало стремление к установлению не просто тесных, а личных отношений работников компаний со своими клиентами.

Последние десятилетия в обществе шло активное разрушение всех его традиционных институтов, поддерживающих общение, начиная с соседского, кончая семьей. Поэтому, с появлением интернета и особенно социальных сетей, народ просто ринулся общаться в виртуале, добирая то, чего не хватает в реале. Соответственно, общение происходит по интересам. У специалистов зачастую превалируют интересы карьеры и профессиональные темы. Поэтому неудивительно, что, например, согласно недавнему опросу Superjob, значительная часть специалистов дружат или регулярно общаются в социальных сетях со своими коллегами из конкурирующих компаний. Соответственно, возникают огромные возможности для конкурентных разведчиков и просто тотальные угрозы для безопасников. Это опять же повышает спрос на social intelligence.

Можно с уверенностью сказать, что по самой своей природе все четыре указанных фактора в обозримой перспективе будут только нарастать. Соответственно, и social intelligence будет занимать все более заметную роль в структуре конкурентной или коммерческой разведки.

Social intelligence как бизнес

Буквально неделю назад закончилась крупнейший российский интернет-форум РИФ-КИП 2011. В своем выступлении на нем Исполнительный директор российской ассоциации электронных коммуникаций Сергей Плуторенко привел следующие интересные цифры. В настоящее время в России чуть меньше 60 млн. пользователей интернета. Ежегодный рост интернета составляет 20%. Сейчас в Европе по числу интернет-пользователей мы находимся на втором месте после Германии. А к 2014 году уверенно выйдем на первое.

Но самое интересное даже не это. Оказывается 30 млн.россиян постоянно общаются в соцсетях и используют web 2. Две трети из них делают это каждый день. А по количеству времени, проводимому в соцсетях, наши сограждане вообще впереди планеты всей. Представляете, сколько информационных следов там уже оставлено и оставляется каждый день.

Российскими и зарубежными экспертами и практиками интернет-препринимательства выявлена закономерность. Рунет по насыщенности, направленности и видам сервисов отстает от англоязычного интернета, но это отставание постоянно сокращается и в настоящее время составляет не более полутора-двух лет. Тем самым, перед нами некая машина времени. Внимательно посмотрев на последние успешные американские сервисы, мы можем с уверенностью спрогнозировать их появление и развитие в России не то что в ближайшие годы, а, вероятно, месяцы.

В этой связи я хотела бы рассказать о двух сервисах, реализующих, что называется, в дистиллированном виде social intelligence.

Уже больше года действует компания «Social intelligence». За это время она получила блестящие отзывы от ведущих средств массовой и деловой информации США – от CNN до  Wall Street Journal, и имеет сегодня большое число клиентов среди крупных, средних и даже маленьких компаний. Суть работы компании проста. Она осуществляет в строгом соответствии с законом мониторинг Web 2 и всех основных социальных сетей по всем интересующим работодателя аспектам интернет-активности потенциального кандидата, либо действующего работника. На основании мониторинга компания представляет подробные отчеты как в отношении тех, кого собираются взять на работу, так и уже работающего персонала. Компания использует собственное уникальное программное обеспечение, которое позволяет быстро формировать полные отчеты по каждой интересующей персоналии в полном соответствии с чрезвычайно строгим и достаточно запутанным американским законодательством. Посетите сайт компании и там можно детально ознакомиться с функциями сервиса как в части нанимаемых, так и действующих работников, включая возможности, ограничения, ценовую политику и т.д.

Если выкован меч, то обязательно найдутся умельцы и сделают щит. Не менее успешно, чем указанная выше компания действует и компания Reputation.com. О ней, например, замечательно отзывается NewYork Times. Среди ее клиентов тысячи работников и такие гиганты бизнеса, как AOL, Wells Fargo. Компания действует более чем в 100 странах мира, в том числе, как мне стало известно, и в России. За что берет деньги компания? Она постоянно отслеживает интернет и корректирует, а если возможно, то и удаляет личную информацию о персоне, когда информация появляется. Она внимательно контролирует видео и фото контент, применительно к персоне, и если он носит негативный оттенок, то старается нейтрализовать его. Помогает увеличивать положительные отзывы в поисковиках Google и блокирует ложные, вводящие в заблуждение посты и сообщения. Ну, и  выполняет целый ряд других, не менее полезных функций, прямо связанных с названием компании.

Надо сказать, что в России уже успешно действуют,  в том числе упомянутые в моих постах и каталоге сервисы, которые при небольших усилиях могут быть преобразованы в российский social intelligence. Это именно сервисы. Речь в данном случае идет не об информационных войнах и индивидуальных программах по защите репутации, для которых нужны высокопрофессиональные команды, отлаженный софт, индивидуальный подход, какие присутствуют, например, у  Е.Ющука, а о повседневной, но оттого особенно важной и для HR, и для безопасников, и для конкурентных разведчиков е работе, связанной с персоналом.

В заключение хотела бы сказать вот о чем. Конечно, специалисты по экономической безопасности уже во всю применяют специальные программные продукты, например, компании InfoWatch, которые позволяют в значительной степени решать эти задачи. Но проблема состоит в том, что с одной стороны, общаются работники в соцсетях в основном отнюдь не с рабочих компьютеров, а кроме того, со стремительным увеличением мобильного интернета это общение становится все менее контролируемо корпоративными системами, отслеживающими активность работников в интернете.

    Category БЛОГ     Tags

Прокомментировать

 
ОБО МНЕ

Последние записи

Сообщество Практиков Конкурентной разведки (СПКР)

Архивы