Сен
27

“ПЕРО” И “МЕЧ”: Информационные войны как новый инструментарий политики, бизнеса, военного дела и государственного управления

В настоящее время, ведущее российское издательство готовит к выпуску серию новых, ранее не публиковавшихся,  работ одного из самых авторитетных специалистов в области информационных войн и современных коммуникативных технологий на постсоветском пространстве – Георгия Почепцова. С согласия автора на блоге будут представлены отрывки одной из книг, намечаемых к публикации –  «Перо и меч».


Георгий Почепцов

Когда бывшего премьер-министра Великобритании спросили о том, что является наибольшим вызовом для государственного деятеля, он ответил: «События, мой друг, события» (цит. по: [1]). То есть анализ и прогноз событий лежит в основе государственного управления, поскольку «плохие» события, не поддающиеся ни управлению, ни прогнозу, представляют для него наибольшую опасность.

Кризисный менеджмент должен опираться на адекватный тип анализа. Сегодняшнее убыстренное развитие мира привело к тому, что мы потеряли знание той «таблицы умножения», по которой главные игроки этого мира планируют и осуществляют свои действия. Как следствие, наши анализы и прогнозы могут отражать наши интенции, но они могут не совпадать с теми интенциями, которые руководили реальными акторами, планировавшими и порождавшими события.

В сегодняшнем мире изменился статус информационного компонента. Как следствие, усилившийся один «мускул» производит трансформацию всей социальной системы и инструментария возможного воздействия. К примеру, в результате усиления информационного компонента возникают сетевойны у военных или социальные сети у населения. При этом обращение бизнеса к социальным сетям натыкается на определенные трудности, поскольку люди заходят туда общаться с друзьями, а не с брендами [2].

Томас Фридман в своей известной книге о плоском мире перечисляет три фактора, которые ведут к наилучшему использованию возможностей этого нового глобального состояния [3, p. 342 – 343]:

−    инфраструктура, способная эффективно и быстро связывать с основной платформой,

−    правильные образовательные программы и умения в области оперирования со знаниями, усиливающие возможности наибольшего числа людей в области создания инноваций и добавление ценности,

−    правильное управление (законы о налогах, инвестициях, торговле, интеллектуальной собственности, поддержка исследований).

Т. Фридман считает, что если раньше Америку должен был волновать разрыв в области вооружений, который создавался извне, то теперь ее должен волновать разрыв, создаваемый внутри. Это образование, инфраструктура и амбиции, которые могут ослабить страну изнутри.

Интересен последний параметр, отражающий понимание новой роли нематериальных факторов. Если экономика становится в основном нацеленной на производство нового нематериального типа продукта, то естественно это должна отражаться и на других уровнях в взаимосвязанных структурах социальной системы.

Т. Фергуссон видит иные три типа дефицита, не дающие Америке подняться на тот же уровень, на котором когда-то находилась британская империя. Анализируя роль Америки как империи, он видит следующий набор недостатков  [4, p. 290]:

−    экономический дефицит,

−    дефицит людской силы,

−    дефицит внимания.

Под последним дефицитом, который наиболее труден для разрешения, понимается возможная потеря внимания к глобальным целям. На сегодня, кстати, многие страны уже отошли от такого уровня целей для своего развития, перейдя на функционирование на локальном уровне.

Рассуждая об Америке как об империи, которая одновременно является таковой и не признает себя империей, Н. Фергусон выводит из этого состояния два важных последствия, отражающих ошибочность такого подхода [4, р. 294]:

−    вкладывание недостаточных ресурсов в невоенные аспекты проекта,

−    попытка проводить экономические и политические трансформации за малый период времени.

Эти аспекты подчеркиваются в связи с тем, что империя не может строиться на чистом принуждении. Она должна давать позитив хотя бы экономического плана как для тех, кто управляет, так и для тех, кем управляют. На базе опыта Советского Союза, который нам более понятен, можно добавить, что империи дают не только экономический, но и символический позитив, поскольку такая страна видит не только локальные, но и глобальные цели.

По сути Советский Союз «сломался», потеряв способность удерживать свои собственные глобальные цели. Переключившись на чужие цели, он потерял не только свое самостоятельное существование, но и впоследствии сам себя. Частично этот результат можно считать последствием глобализации, которая проходила и проходит по чужим правилам.

Т. Бернет подчеркивает, что глобализация несет за собой изменения правил игры. Сегодняшняя ситуация является уже четвертой глобализацией в истории человечества [5, р. 29 - 30]:

Глобализация 1 – 1870 – 1914

Глобализация 2 – 1945 – 1980

Глобализация 3 – 1980 – 2001

Глобализация 4 – 2002 -

Глобализация, которая строится на взаимосвязи и взаимозависимости, предполагает, что усиление связности мира делает так, что внешние правила становятся сильнее внутренних.

Т. Бернет сформулировал четыре вида потоков, характерных для сегодняшнего мира [5, р. 192]:

- движение людей из стран периферии в в страны ядро,

- движение энергии из стран периферии в страны нового ядро,

- движение денег из стран старого ядра  в страны нового ядра,

-  экспорт безопасности, предоставляемой Америкой странам ядра.

На сегодня мы не понимаем адекватно события внешнего мира, как направленные на нас, так и идущие независимо из-за определенной утраты точки зрения противоположной стороны, поскольку она действует исходя из тех принципов и тех возможностей, которые нам недоступны.

Мы не можем понять планировщика события, выросшего и воспитанного  в рамках иного стиля мышления, который ведет к другой картине мира и, соответственно. к другим событиям. Следует также иметь в виду и разделение сегодняшнего инструментария на два вида: краткосрочный, которым мы владеем, и долгосрочный, которым мы не владеем.

Важность этого мы можем проиллюстрировать простым примером. Если девочка ходит в школу в Пакистане, ее семья получает два литра растительного масла в месяц. Казалось бы, перед нами чистый образовательный процесс. Однако так обстоит дело только в рамках краткосрочного инструментария, понятного нам. В долгосрочной перспективе речь идет о ряде мер, которые призваны  в разрыве 15 лет разрушить традиционное мусульманское общество.  В числе других мер в него вписано и изменение положения женщины. Женщина, получившая среднее образование, пойдет в университет, затем в парламент, что в результате сделает это общество другим.

Изменение одного параметра социальной системы работает на принципиальное изменение всей системы. В результате перед нами возникает два вида инструментария:

−    инструментарий, последствия применение которого находится в поле зрения сегодняшнего дня,

−    инструментарий, последствия которого находятся за пределами и сегодняшнего, и завтрашнего дня.

Мы можем приветствовать те или иные инициативы в сегодняшнем измерении, не понимая того, что сегодняшний позитив может оказаться негативом завтра. За счет чего мы видим такие последствия. Можно подчеркнуть основные подсказки:

−    по аналогии идущего развития,

−    по проявленности этого фактора в других системах,

−    по конструированию ситуации, которое может ускорять или замедлять некоторые процессы.

Краткосрочный и долгосрочный инструментарий могут быть равно эквивалентны в позитивном развитии, но они становятся принципиально разными, если закладывается вариант негативного развития. В этом случае можно попасть в «воронку развития», из которой принципиально не будет обратного хода.

Американский цикл наук такого рода включает в себя:

−    операции, рассчитанные на результат (EBO – Effects Based Operations), когда планирование распространяется на эффекты не только первого, но и последующих порядков (см., например, [6]), одной из особенностей этого подхода является то, что конечной целью действия рассматривается воздействие на изменение поведения,

−    стратегические исследования. которых практически не знает Европа, кроме Великобритании, но которые в сильной степени продвинулись в США [7 – 8],

−    анализ будущего, что имеет как методологическое обоснование, так и конкретные прогнозы, сделанные в рамках министерств обороны и разведки ведущих стран мира [9 – 13],

−    планирование, основанное на предпосылках (assumption-based planning), являющееся разработкой сценариев в условиях неопределенности, когда индикаторы указывают, какой из сценариев разворачивается в действительности [14 – 16],

−    асимметрические операции как пример ответа в неадекватной исходному действию сфере [17], кстати, это иллюстрация продвижения идеи, поскольку она дошла до академических курсов (см., например, [18]), а не только представлена в исследованиях.

Асимметрическая война задается следующим образом [19]: «более слабый противник, использующий нетрадиционные средства, стратагемы или нишевые возможности для победы над более сильным противником».

Асимметрические действия часто могут быть направлены на использование чужой системы, когда более слабый противник использует против более сильного противника его же возможности. Например, современный терроризм не просто использует медийную конструкцию воздействия, опирающуюся на СМИ противника, но и опирается на точку уязвимости западного сознания в отношении гибели собственных людей.

Как мы можем опираться на знание чужих возможностей, чужой «таблицы умножения»? Например, мы знаем, что оппонент осуществляет свои действия в рамках модели планирование, основанного на предпосылках (assumption-based planning), соответственно, оно состоит из следующих пяти шагов [16]:

−    определение явных и неявных предпосылок, которые будут оставаться действующими на протяжении конкретного временного горизонта,

−    определение уязвимости этих предположений,

−    определение индикаторов, которые будут указывать на наступление уязвимости предпосылок,

−    определение формирующих действий, которые помогут избежать уязвимости предпосылок,

−    определение защитных действий, которые помогут минимизировать провал предпосылок.

В ответ, зная возможные индикаторы, мы можем порождать те из них, которые будут программировать оппонента/противника на те или иные возможные действия. Тем самым его действия будут протекать в неадкватной его представлениям среде и будут обречены на провал.

Литература

1.            Jenkins B.M. Obama’s first international crisis //www.rand.org/commentary/2008/11/16/SDUT.html?ref=homepage&key=t_obama_flag

2.            Stross R. Advertisers face hurdles on social networking sites // New York Times. – 2008. – December 13

3.            Friedman T.L. The world is flat. A brief history of the twenty-first century. – New York, 2006

4.            Ferguson N. Colossus. The rise and fall of the American empire. – New York, 2004

5.            Barnett T.P.M. The Pentagon’s new map. war and peace in the twenty-first century. – New York, 2004

6.            Davis P. K. Effects-Based Operations: a grand challenge for the analytical community. – Santa Monica, 2001

7.            Почепцов Г.Г. Стратегия. Инструментарий по управлению будущим. – М., 2009

8.            Почепцов Г.Г. Стратегический анализ. Стратегический анализ для политики, бизнеса и военного дела. – Киев, 2004

9.            Schwartz P. The art of long view. Paths to strategic insight for yourself and your company. -  New York etc.,1996

10.          Schwartz P. Inevitable surprises. Thinking ahead in a time of turbulence. – New York, 2003

11.          Контуры мирового будущего. Доклад Национального разведывательного совета США // Россия и мир в 2020 году. – М., 2005

12.          Global trends 2025: a transformed world. – Washington, 2008 / National Intelligence Council

13.          The DCDC global strategic trends programme  2007-2036 //www.mod.uk/NR/rdonlyres/94A1F45E-A830-49DB-B319-DF68C28D561D/0/strat_trends_17mar07.pdf

14.          Dewar J. a.o. Assumption-based planning. – Santa Monica, 1993 / RAND

15.          Dewar J.A. The importance of ‘wild card’ scenarios //www.dni.gov/nic/PDF_GIF_2020_Support/2003_11_06_papers/dewar_nov6.pdf

16.          Echevaria A.J. II Rapid decisive operations: an assumption-based critique // www.globalsecurity.org/military/library/report/2001/rapid.pdf

17.          Asymmetric warfare //en.wikipedia.org/wiki/Asymmetric_warfare

18.          Asymetric warfare: general considerations // www.nd.edu/~pmoody/Text%20Pages%20-%20Peter%20Moody%20Webpage/Asymmetric%20Warfare.htm

19.          Jandora J.W. Factoring in culture. Center of gravity and asymmetric conflict // Joint Force Quarterly. – 2005. – I. 39

    Category МНЕНИЕ ГУРУ     Tags

2 коммент. к записи ““ПЕРО” И “МЕЧ”: Информационные войны как новый инструментарий политики, бизнеса, военного дела и государственного управления”

  • elarina 6 Октябрь 2014 - 9:39

    Здесь конспирологии нет. Фаблаб – это фактический прообраз минипредприятия будущего, которое само себя достраивает, и, кстати, может представлять собой предприятие по производству предметов потребления и производству средств производства в одном флаконе. Поскольку главное для реализации этой идеи это – первоклассный и разнообразный софт для роботизированных линий и линий 3 D печати, увязанных в единое целое, то авторы проекта нашли оригинальный способ его получить. Если бы они сначала разрабатывали весь необходимый софт и продавали его с оборудованием, то им пришлось бы нести огромные затраты именно на разработку софта. А так, этот софт бесплатно, что называется на принципе краудсорсинга, делают лучшие мозги мира. При этом, поскольку на этом этапе все идет в общую копилку, то такой вариант оказывается выгоден всем – и авторам проекта, и университетам, где установлены комплексы, и студентам, магистрантам и проч., которые развивают проект.

  • Застенчивый 30 Сентябрь 2014 - 0:01

    Стесняюсь спросить, какие цели преследуются при создании сети Фаблаб? Рекрутирование перспективных? Создание технологической базы для чего-то? Контроль потенциала? Что-то более масштабное?

Прокомментировать

 
ОБО МНЕ

Последние записи

Сообщество Практиков Конкурентной разведки (СПКР)

Архивы