Июнь
2

АНБ глазами блондинки. Domination. Часть третья.

Все средства хороши, кроме тех, которых нет.

Леонид Шебаршин

Этот пост нашего сериала будет несколько отличаться от ранее написанных. В предыдущих сериях постах практически каждое свое положение или вывод я могла подтвердить ссылками на несколько источников. Сегодня мы вступаем на зыбкую почву догадок и предположений. Они касаются дальнейших направлений развития программ экосистемы  АНБ. Однако сразу отмечу, что речь идет отнюдь не о фантазиях, а о вполне документированных гипотезах. Другое дело, что каждая из них подтверждается не каким-то конкретным источником, а целой совокупностью публикаций в электронных и бумажных, преимущественно научных  изданиях. При этом, как правило, в каждой публикации речь идет не о той или иной программе в целом, а о ее фрагментах. Однако эти фрагменты так хорошо подходят друг к другу, что поневоле возникает мысль о наличии целостной, хотя и необъявленной программы, которая находится пока в разработке и может быть в относительно короткое время запущена в эксплуатацию.

Начнем с Системы глобальной информационной осведомленности или AGIS (Awareness of the global information system). В предыдущих постах я достаточно много рассказывала о глазах, ушах и других сенсорных каналах экосистемы Агентства, Которого Нет. Очевидно, что в совокупности они позволяют получать максимум информации обо всем, отовсюду и всегда. Однако, до последнего времени у Агентства была серьезная брешь. Агентству была строго запрещена агентурная разведка. Строго говоря, она запрещена и сегодня. Но, как мы знаем, АНБ сращена с Киберкомандованием. Киберкомандование входит в состав Пентагона. Соответственно, в отличие от других спецслужб американского разведывательного сообщества, АНБ возглавляется военным человеком, генералом Кейтом Александером. Он подчиняется не только Директору национальной разведки, но и Главе Пентагона.

Так вот. В конце прошлого года военная разведка Минобороны США была преобразована.  Если раньше DIA выполняло в основном функции чистой военной разведки в значительной мере в зоне боевых действий, то теперь поставлена задача создать параллельно ЦРУ мощную мировую агентурную сеть. Ее главной задачей будет обнаружение скрытых угроз, а также взаимодействие с командами спецназа Пентагона. При этом за ЦРУ остаются функции политической разведки, и ему вменяется в обязанность сотрудничество с новой старой разведслужбой. Таким образом, опосредовано экосистема АНБ начинает включать и агентурную разведку. Соответственно отныне для этой экосистемы становятся доступными все каналы получения информации.

Это в свою очередь позволяет всерьез ставить задачу построения не на словах, а на деле системы глобальной информационной осведомленности AGIS. Можно предположить, что она будет включать в себя три уровня. Первый уровень будет касаться персоналий – руководителей террористических подразделений, крупнейших политиков, бизнесменов и т.п., препятствующих реализации национальных интересов США. Второй уровень – это различного рода группы иерархического и сетевого характера – от Аль-Каиды до вполне себе добропорядочных политических партий и гражданских сообществ. Могут возразить, что разведка не работает против такого рода субъектов действия. Более того, это запрещено законом. Однако внимательное чтение американских законов, а главное, знание истории американской разведки, показывает, что каких-либо ограничений на деятельность американского разведывательного сообщества вне территории США не существовало всерьез вообще никогда. На территории США в последние десятилетия различного рода ограничения были во многом нивелированы Патриотическим актом и последовавшими за ним документами.

Самый большой интерес представляет третий уровень системы. Речь идет о глобальной информационной осведомленности относительно потоков движения всех видов ресурсов. Именно от движения и распределения ресурсов, в конечном счете, зависит все в современном мире. Хорошо известно, что АНБ давно наладил при помощи средств электронного шпионажа тотальный контроль за движением всех материальных ресурсов, включая ресурсы, передаваемые по нефте- и газопроводам.

После допуска в конце нулевых годов АНБ к системе  SWIFT под контроль была взята и глобальная финансовая сеть. Нынешние меры, связанные с автоматическим предоставлением США информации всеми оффшорными юрисдикциями и странами, гарантирующими банковскую тайну, типа Швейцарии, лишь сделали этот контроль из жесткого тотальным.

Однако в системе информационной осведомленности о финансовых потоках существовала большая дыра. Она связана была до последнего времени с системами хавала и «фей цянь». Одна система относится к мусульманскому миру, другая – к китайскому.  Они представляют собой различные варианты системы неформальных денежных переводов – Informal Fund Transfer Systems (IFTS). Поскольку они базируются не на электронных переводах, а на передаче бумажных денег из рук в руки, их до последнего времени экосистема АНБ и Пентагона не контролировала. Между тем масштабы этих систем, особенно хавалы, с каждым годом растут не в арифметической, а в геометрической прогрессии. Поэтому очевидно, что одной из ключевых задач агентурной разведки DIA будет внедрение в указанные системы. При этом задачей будет не столько их развал, сколько создание надежного механизма  учета и оценки средств, проходящих по IFTS к пунктам их парковки, где они переводятся в безналичные деньги. С решением этой задачи можно считать, что, в общем и целом AGIS будет построена в главных своих компонентах.

С учетом поистине циклопических масштабов разведывательной информации, содержащейся в хранилищах АНБ, особой задачей становится своевременное предоставление информации пользователям. Причем не вообще пользователям, которым расписано получение той или иной информации в соответствии с допуском, а именно тем, кому она нужна здесь и сейчас для решения конкретной ситуационной задачи. До сегодняшнего дня задача предоставления секретной информации тем или иным исполнителям решалась всеми разведслужбами при помощи специальных организационных процедур, предусматривающих порядок предоставления информации, уровни секретности, права доступа к ней и т.п. Однако в сегодняшнем мире с его объемом, разнообразием и быстротой дисконтирования информации все эти многовековые технологии разведки перестают эффективно работать. Возникает потребность создания автоматизированной системы раскрытия информации тем, кому она необходима здесь и сейчас. В этой связи, по всей видимости, в недрах АНБ вовсю ведется работа по созданию системы дозированного опережающего ситуационного раскрытия информации или System dosed advanced situational disclosure (SDASD). Первой утечкой относительно разработки этой системы применительно к локальной задаче информационного обеспечения спецподразделений можно считать программу ситуационной осведомленности пехотинцев.

Как я уже отмечала в предыдущих постах,  экосистеме  АНБ до сегодняшнего дня не удалось при всем обилии имеющейся информации создать удовлетворительных технологий прогнозирования. Несмотря на сотни миллионов потраченных долларов разработанные системы не прошли проверку практикой. Поэтому исходя из американской национальной привычки не пытаться проломить головой стену, если таковая обнаружилась, а найти обходный путь, можно ожидать целенаправленных попыток разработки других техник работы с будущим.

Один из самых известных американских программистов, специалистов в теории вычислительных систем и выдающийся математик Алан Куртис Кей однажды сказал: «Лучший способ предсказать будущее, это изобрести его». Есть основание полагать, что американское разведывательное сообщество как раз и решило пойти этим путем.

В предыдущих постах я писала о том, что главная ценность больших данных социального веба – это возможность работать не с мнениями и суждениями, а с поведением. Более того,  весь многомиллиардный бизнес современного маркетинга, построенный на больших данных, как раз и базируется на возможности предсказания поведения групп потребителей на основе информации о них.

Американцы не были бы американцами, если бы не перенесли коммерческий опыт в сферу национальной безопасности. В последние несколько лет целый ряд университетов по заказам DARPA, IARPA   с одной стороны и крупнейших банков и корпораций – с другой, разрабатывает технологии так называемого поведенческого дизайна.

Проще говоря, речь идет вот о чем. Располагая реальной информацией о привычках, стереотипах, реакциях на те или иные  события определенных групп можно в более-менее стабильной ситуации предсказать их поведение. Отсюда следует простой до бесхитростности вывод. Если можно решить, таким образом, задачу предсказания, то соответственно вполне технологически реализуема и обратная задача. Меняя те или иные внешние факторы, раздражители, маркеры ситуации, можно вызвать долговременное изменение поведения тех или иных групп. Иными словами можно управлять социальными группами различой размерности – от десятков человек, до десятков тысяч, имеющих неоднородный гендерный, возрастной, национальный, имущественный и прочий состав, меняя различные внешние характеристики. При этом сами группы не будут отдавать себе отчет в том, что они находятся в значительной степени под внешним управлением.

Технологическое решение этой задачи эквивалентно созданию методики прогнозирования с чрезвычайно высоким коэффициентом достоверности прогноза. Более того, это решение является, как говорят математики, гораздо более сильным, чем прогнозное. При прогнозировании в лучшем случае происходит подстройка под ситуацию и использование ее, а при конструировании поведения субъект управления  сам создает ситуацию и определяет будущее неявно управляемой группы. Соответственно анализируя совокупность научных публикаций в последние годы, есть все основания полагать, что в рамках экосистемы АНБ начата практическая работа по созданию Системы дизайна группового поведения на основе больших данных и онлайн информационных потоков - SDGB  (system of design of group behavior on the basis of big data and online of information streams).

Определенным ответвлением от этой программы является разработка платформы конструирования персональных вынуждающих сред  - PDPCE (platform of designing of personal compelling environments).  Известно, что, как правило, объекты персональной разработки спецслужб плохо для них достижимы. Тем не менее, в современном мире весьма часто можно идентифицировать круг их общения, партнеров по бизнесу или работе, друзей и родственников, места обитания и отдыха, и т.п. Все вместе это составляет согласно разработкам американских ученых персональную среду субъекта. Далее в результате многочисленных экспериментов было выяснено, что изменение параметров и характеристик персональной среды оказывает вполне определенное влияние на субъект разработки. Собственно сегодня на повестку дня поставлена задача использовать теоретические исследования и экспериментальные разработки для создания технологической платформы, которая может использоваться разведывательным сообществом, и прежде всего, экосистемой АНБ для решения своих задач.

В заключение сегодняшнего поста хотела бы обратить внимание на одно, как мне кажется важное обстоятельство. В последние несколько лет и политики, и специалисты в области военного дела, и платные политтехнологи не устают повторять и в реале, и в интернете о стратегии управляемого хаоса, как ведущей стратегии Соединенных Штатов. При этом ссылаются на известную публикацию Стивена Манна, перевод статьи которого опубликован на моем блоге.

Когда подобные высказывания позволяют себе люди, далекие от математики, синергетики, теории сложности, оно простительно. Но когда данным термином с серьезными последствиями оперируют люди, обладающие соответствующим уровнем образования, это говорит либо об их ангажированности, либо о несерьезном отношении к делу.

Из теории самоподдерживающейся критичности хорошо известно, что хаотические состояния управляемы лишь в узких пределах и в любом случае чреваты переходом в непредсказуемый режим. Главный цимес, как говорит один известный народ, состоит как раз в слове «непредсказуемый». Именно поэтому создатель теории катастроф, французский математик Р.Тома ввел понятие бифуркации. Более точно было бы говорить о полифуркации. Т.е. система, попавшая в неустойчивое хаотическое состояние, и пребывающая в режиме самоподдерживающейся критичности перестает быть предсказуемой и итог ее изменений может быть самым различным.

Наши глашатые управляемого хаоса применяют к режиму самоподдерживающееся критичности закономерности, характерные для ньютоновской физики, когда все может быть просчитано. Поэтому в их понимании коварная стратегия управляемого хаоса – это обязательно разрушение чего-то. Между тем, следуя стратегии хаотизации,  возможно под воздействием Стивена Манна, бушевская администрация  действительно попробовала поиграть с огнем, что  привело к совершенно непредсказуемому результату. Это мы наблюдаем сегодня, например, в Ираке и в Афганистане.

Соответственно если высказанные в данном посте предположения о принципиально новых разработках в недрах американского разведывательного сообщества более-менее верны, это должно означать и изменение внешней политики Соединенных Штатов. Она должна быть направлена на стабилизацию, своего рода, подмораживание ситуации в мире, или по крайней мере в жизненно важных для США регионах, перевод ее в так называемое квазистабильное состояние. Именно при квазистабильных состояниях можно эффективно применять указанные выше системы – AGIS, SDGB, PDPCE. При должной технологической отработке эффективность использования этих систем для нужд национальной безопасности трудно переоценить.

В следующем посте – неожиданный ракурс кибервойн в связке с Киберкомандованием и экосистемой АНБ.

    Category БЛОГ     Tags

1 комментарий к записи “АНБ глазами блондинки. Domination. Часть третья.”

Прокомментировать

 
ОБО МНЕ

Последние записи

Сообщество Практиков Конкурентной разведки (СПКР)

Архивы