Март
17

Невеселые картинки. Пост третий

– Что-то не так.

– Да не так всё. Мы вообще не должны быть здесь.

из к/ф “Армагедон”

Трехконтурная российская экономика, находящаяся в депрессии, и критическим образом зависящая от экспорта энергоносителей, в условиях надвигающегося глобального финансово-экономического кризиса и понижательной стадии сырьевого ценового суперцикла, отчаянно нуждается в реализации не на словах, а на деле программы импортозамещения.

Дело не в том, что импортозамещение позволит реализовать давнюю мечту группы товарищей об автракии и отделении железным занавесом от всего мира, а в том, что это жизненно важно не только для развития, но и для элементарного  функционирования экономики в условиях сокращающихся валютных поступлений. Что до автаркии, то о ней твердят только люди, либо не знающие истории собственной страны, либо целенаправленно морочащие голову пользователям Рунета. Ни одна российская модернизация, и в особенности индустриализация И.В.Сталина, не обходилась без поистине масштабного трансферта технологий. Нельзя обойтись без подобного трансферта и в этот раз, в ситуации разворачивающейся Третьей (Четвертой) производственной революции.

Руководство страны прекрасно отдает отчет в важности проблемы и настоятельной необходимости ее решения. Это только в Рунете для широкой публики некоторые СМИ рисуют картину страны, в которой руководство ничего не понимает и внутри него ожесточенно, не на жизнь, а на смерть, сражаются государственники и либералы. Единомыслие или единогласие, как говорил один известный исторический деятель, бывает только на кладбище. Поэтому, безусловно, есть разные точки зрения на методы решения проблемы импортозамещения. Но то, что решать ее надо, понимают все. В начале прошлого года Правительство приняло соответствующее решение, а Минпром разработал широкий комплекс программ по импортозамещению. Однако, как всегда, беда в стране не с решениями и программами, а с их выполнением. Как говорится, строгость российских законов компенсируется необязательностью их выполнения. Еще в большей степени это относится к различным постановлениям, решениям и программам.

Посмотрим на пейзаж битвы за импортозамещение с высоты птичьего полета. Начнем с нашего всего  – ТЭКа, и конкретно с нефти. Чтобы избежать упреков псевдопатриотов, будем пользоваться исключительно государственными и правительственными данными. В тех же случаях, когда будут привлекаться иные источники, будем использовать их лишь в том случае, если после публикации они не были опровергнуты официальными органами.

Для нефтяной отрасли наиболее чувствительна зависимость от поставок оборудования для разработки глубоководных оффшоров (шельфов), одностадийного гидроразрыва пласта (сланцевая нефть), закупок катализаторов, сложного бурильного и нефтедобывающего оборудования, а также использования программного обеспечения.

В настоящее время зависимость по этим направлениям составляет в среднем от 60  до 90%. Эти данные приведены на стр. 13 «Энергетического бюллетеня» за август 2015 г., издаваемого аналитическим центром при Правительстве РФ. Таким образом, зависимость нефтедобычи и нефтепереработки от импорта носит критический, а точнее даже закритический характер. Называя вещи своими именами, мы не можем сегодня самостоятельно вести добычу нефти на глубоком шельфе, в Арктических регионах, качественно осуществлять геологоразведочные и сервисные работы, а главное, перейти к глубокой нефтепереработке.

Это тем более нетерпимо в ситуации, когда ведущие, прежде всего, американские и французские геологоразведочные компании продолжают использовать еще старые советские достижения и наработки, а также продолжают активно привлекать наших специалистов. Мало кто знает, но многие виды технологий гидроразрыва пласта, позволившие США осуществить сланцевую революцию, были не только на теоретическом, но и опытно-экспериментальном уровне разработаны в СССР. Однако они   оказались не нужны российским миллиардерам, фактически бесплатно получившим общенародное достояние.

Удивительно, но факт, в настоящее время в США завершаются работы по испытанию оборудования, которое позволит осуществить еще одну, вслед за сланцевой, нефтяную революцию. Речь идет о так называемых технологиях вторичной добычи нефти. Дело в том, что существовавшие в XX веке технологии нефтедобычи позволяли извлекать только часть запасов нефти из скважин. По оценкам экспертов в США в скважинах осталось 30-40% запасов нефти, а в СССР – 50-55%. Эти скважины, особенно в США и на Ближнем Востоке расположены в районах с отличной инфраструктурой и идеальной транспортной доступностью. Соответственно нефть, если ее удастся добыть из выведенных из эксплуатации скважин, будет очень дешевой. В последние годы существования СССР  рядом сибирских институтов была сначала на теоретическом, а потом и на экспериментальном уровнях создана технология вторичной добычи нефти. Однако в конце 80-х – начале 90-х гг. оказалось не до технологий и страна в соответствии с заветами Е.Гайдара и Е.Ясина бодро зашагала к псевдорынку с его псевдобанками, псевдобиржами, псевдокапитализмом, но настоящими миллиардерами.

В нулевые годы усилиями журнала «Эксперт» был создан Конкурс русских инноваций. В рамках конкурса была поддержана российская технология вторичной добычи нефти. Она была предложена нефтяным олигархам. Однако в очередной раз высокие технологии были отторгнуты нефтяными гигантами. В итоге сегодня в США и Канаде завершаются работы по созданию оборудования для вторичной добычи нефти, а Конкурс русских инноваций благополучно закрылся. Настали времена Сколково.

Второе по важности после энергетики – это, несомненно, машиностроение. Квинтэссенцией машиностроения является оборонно-промышленный комплекс. По идее и по логике именно здесь должна наиболее эффективно, энергично и бескомпромиссно реализовываться программа импортозамещения. Однако, судя по всему, и в этой сфере дела обстоят далеко не лучшим образом.

В самом начале года еще тем ресурсом  - «Радио Свобода»  - было опубликовано исследование «Бравада и беда российского военно-промышленного комплекса».  Конечно, можно было бы счесть этот доклад происками Госдепа и клеветой на славных оборонщиков, если бы не следующее обстоятельство. Несмотря на то, что доклад был перепечатан многими электронными СМИ и массово разошелся по социальным сетям, никто не только из официальных СМИ, и других авторитетных электронных ресурсов, не опроверг информацию, указав на фейки, или искажения фактов в докладе. Это позволяет с высокой степенью вероятности говорить о том, что содержащаяся в расследовании информация, по крайней мере, в немалой части соответствует действительности. И это, прямо скажем, очень сильно не радует.

Из других отраслей реальное увеличение масштабов импортозамещения показывают предприятия легкой и лесной промышленности, а также металлургия. Однако с металлургией дело обстоит прямо скажем не блестяще. Ценой отказа от импортных компонентов и оборудования стало заметное ухудшение структуры выпуска металлургической промышленности. Особенно ощутимо в металларгическом экспорте.  В основном отечественные металлурги поставляют на внешние рынки самые дешевые виды продукции низких переделов. Среди них  практически нет высоколегированных сталей и сплавов.

Согласно данным статистики, в отличие от сельского хозяйства, не произошло реального импортозамещения в пищевой промышленности. Подавляющая часть производителей пищевой промышленности по многим видам кондитерских, колбасных и иных изделий просто не может отказаться от импортных компонентов, поскольку в России они не производятся.

При этом в той же пищевой промышленности  реально упал объем закупок импортных машин и оборудования. До 70% предприятий этой отрасли сообщили в прошлом году о резком снижении, либо прекращении закупок импортных машин и оборудования. Для машиностроения показатель равен 64%, а для легкой промышленности  – 60%. Происходит это не потому, что имеется собственное оборудование, которое покупают вместо импортного. Дело обстоит гораздо прозаичнее: у предприятий просто нет валюты для приобретения оборудования. Вдобавок у них имеются серьезные и нарастающие трудности со сбытом готовой продукции.

В заключение нельзя не отметить, что по кварталам прошлого года имела место понижательная тенденция фактических результатов импортозамещения. Оно и понятно. В первом полугодии предприятия самых различных отраслей, реализуя правительственные программы, постарались заменить импортное оборудование, комплектующие, компоненты на пусть менее качественные или имеющие худший уровень обслуживания, отечественные. Однако далее замещение натолкнулось на то, что аналогов многим видам зарубежного оборудования, комплектующих и компонентов в стране просто не производится.

Подытоживая, приведу данные двух организаций. Это – Университет ВШЭ и Российский Союз Товаропроизводителей. По своему позиционированию, функционалу и воззрениям на экономику эти структуры резко отличаются и даже находятся в конфликте между собой. Однако как показали их независимые исследования, проведенные в прошлом году, к результату они пришли примерно одинаковому. Если в СССР коэффициент импортозамещения составлял 85-90%, то в России на сегодняшний день – 30-35%. Некоторые полагают, что это закритический уровень.

В следующий раз поговорим о накоплении и основных фондах, в которых материализуется технический прогресс и Третья производственная революция.

    Category БЛОГ     Tags

Прокомментировать

 
ОБО МНЕ

Последние записи

Сообщество Практиков Конкурентной разведки (СПКР)

Архивы