Фев
24

О людях и машинах

На днях пришла радостная, без кавычек, информация. Впервые две российские компании – Yandex и Лаборатория Касперского вошли в узкий круг наиболее успешных инновационных компаний мира. Это очень здорово. Только вот Google пшеницы не посеет и IPad ткань не произведет. Поэтому, при всем внимании к информационным технологиям, сегодня во всем мире обостренное внимание вновь обращается на реальный сектор и его модернизацию.

А здесь пока дела у нас идут  далеко не блестяще. Евгений Максимович Примаков в своем февральском выступлении отметил, что нового оборудования у нас производится в 80 раз меньше, чем в Японии и в 30 раз меньше, чем в Китае. А, например, подвергшийся санации транснациональный автомобильный гигант General Motors в 2009 г. Потратил на научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки денег в 10 раз больше, чем все российские крупнейшие компании вместе взятые.

Однако понемногу положение начинает меняться. В реальный сектор приходят инвестиции. Согласно данным журнала «Эксперт», начиная с прошлого года, в Россию активно пошли компании, занимающиеся техническим перевооружением производства, созданием новых предприятий. С осени этот процесс поддержал и российский бизнес. Учитывая, что любое техническое перевооружение – это дело ни одного дня, то есть все основания полагать, что это начало долговременной тенденции. Правда, буквально на днях, Министр финансов РФ Кудрин сказал, что в прошлом году в страну пришло только 14-15 миллиардов долларов прямых инвестиций, а были годы, когда этот показатель составлял 26 миллиардов. Однако, как справедливо отмечают специалисты Минэкономики, не все прямые инвестиции идут, что называется, в модернизацию и высокие технологии. Вот, как раз с этих позиций ситуация явно начала меняться.

Казалось бы, появился «свет в конце туннеля». Но на практике мы имеем дело с ловушкой на выходе из ловушки. Инвестиции пошли, технологические линии вводятся. Наконец, после многих лет появился реальный спрос на исследования и разработки в реальном секторе, высокотехнологичных отраслях, информатике. Но вся «засада» в том, что за истекшие десятилетия не произошло обновление научных, преподавательских, конструкторских кадров, высококвалифицированных рабочих. Приведу только несколько цифр. Средний возраст высококвалифицированных рабочих в России на 16 лет выше, чем в Германии. Такой же показатель по разработчикам в отечественной промышленности превышает европейские показатели почти на 15 лет. По профессорско-преподавательскому составу технических и технологических ВУЗов, разница между Россией и Америкой еще более разительна.

Поэтому сегодня, например, согласно обследованиям портала Superjob, наиболее востребованными профессиями стали высококвалифицированные рабочие. В лидирующую пятерку вошли конструктора и инженеры. Могу на собственном примере сказать, что ведущие российские компании ищут разработчиков по важным направлениям даже не неделями и месяцами. Кстати, вопреки общераспространенному мнению, что уж в сфере информационных технологий специалистов больше, чем вакансий, разработчиков интеллектуального софта, аналитических систем, сложных приложений найти очень и очень трудно.

При всей важности мотивационных схем, тестов, ассисмента, тренингов сегодня самым главным становится найти людей, элементарно обладающих необходимыми профессиональными навыками и опытом их практической реализации. Тут уж дело не до психологических свойств личности и лидерских качеств. Да и тренинги, к сожалению, не помогут, если нет базовых знаний и постоянного повышения квалификации по избранной специальности.

Все эти проблемы еще более усугубятся с вступлением России в ВТО и открытием отечественной экономики. Собственно уже сегодня в России действуют десятки тысяч британских, германских и иных европейских компаний. Все активнее на рынке японцы, южные корейцы, а в последние годы, китайцы. Эти компании тоже нуждаются в высококвалифицированных конструкторских, инженерных, технологических кадрах, разработчиках, руководителях, способных не только повторять мантры модных гуру менеджмента, а реально управлять современным производством, оснащенным передовыми IT системами.

В общем, как и с зимой, к которой всегда оказываются не готовы городские службы, российский рынок труда во многих своих сегментах оказался не готовым к вызовам модернизации.

Проблема усугубляется еще и тем, что  в большинстве модернизируемых отраслей зарплата в России практически всех категорий персонала – начиная от руководителей и заканчивая рядовыми инженерами и рабочими средней квалификации с одной стороны, существенно ниже, чем, например, в Германии и других мастерских Европы, и в то же время в разы выше, чем в Китае, и тем более, Вьетнаме, Индонезии и Бангладеш, которым прочат славу «будущих Китаев». Кстати, характерно, что в последние годы даже на фоне выхода из кризиса зарплата практически во всех странах, относимых по привычке в первому миру, т.е. США, Германия, Великобритания, Италия, Япония и т.п. не увеличивается, а  по оценкам большинства статистиков и аналитиков абсолютно снижается. Все это происходит на фоне высокого уровня безработицы, оказывающего дополнительное давление на рынок труда. А в  России продолжают вовсю предлагать консультации и тренинги по вопросам карьеры, хотя в мире само наличие работы все шире становится важнейшим мотивирующим фактором.

Можно было бы ожидать, что эта тенденция не коснется российского рынка труда. Ведь по-прежнему, российский разработчик, конструктор и инженер получают существенно меньше западного, но  все больший объем экспортной продукции отнюдь не относящийся к игрушкам, либо женским платьям, а включающий в себя самолеты, технологические линии, компьютеры и т.п. приходится на Китай, Бразилию, Индию. А в этих странах уровни зарплат по соответствующим должностям и профессиям существенно ниже российских.

Дальнейший рост реальной заработной платы по подавляющему большинству категорий в условиях вступления в ВТО крайне затруднен, а в большинстве случаев просто невозможен. Уже сегодня для российских отраслей не только промышленности, но и информационных технологий, телекоммуникаций и других вопрос стоит не столько об отвоевании новых экспортных рынков, сколько о сохранении, а по возможности, расширении присутствия на своем собственном внутреннем рынке. Не может, например, не насторожить статистика о том, что в прошлом году значительная часть прироста денежных доходов населения пошла на приобретение импортной продукции. По некоторым оценкам эта доля составила до двух третей.

Большинство HR-технологий, карьерных ожиданий, пропорций в оплате труда, систем мотивации, методов подбора персонала и т.п. исторически сложилось в последнее десятилетие.  Оно отличалось уникальным сочетанием постоянно повышающихся цен на энергоносители, стабильным уровнем цен на основные предметы жизнедеятельности – продовольствие, одежду и т.п., устойчивым состоянием мировой экономики и наличием различного рода таможенных и других протекционистских барьеров, зачастую искусственно ограждающих внутреннего производителя.

Это десятилетие закончилось не только календарно. Наступило, и вероятно, надолго совершенно иное время. Это время потребует других приоритетов, других технологий, других подходов к персоналу и его мотивации. Уже сегодня не только в Германии и Китае, где традиционно исследованиям, разработкам и производству в реальном секторе уделялось особое внимание, но и в США происходят изменения пропорций в оплате труда. Вновь, даже в условиях стабильного, а иногда и снижающегося уровня заработной платы, растет оплата труда руководителей и специалистов подразделений исследований и разработок, конструкторов, технологов, рабочих, которые зачастую имеют высшее образование, позволяющее им эксплуатировать новые  технологические линии.

У российских предприятий в этих очень и очень непростых условиях нет иного пути, как искать тех, кто сможет запустить и эффективно использовать новые технологические линии, предложить разработки, встраиваемые в уже сложившиеся продуктово-торговые цепочки, наладить кооперацию с крупнейшими российскими и транснациональными компаниями. А также тех, кто способен снижать издержки и повышать конкурентоспособность продукции.

И чем раньше бизнес повернется к разработчикам, конструкторам,  технологам и инженерам, тем больше шансов выжить у него в глобализованной российской экономике.

    Category БЛОГ     Tags

1 комментарий к записи “О людях и машинах”

  • Александр 24 Февраль 2011 - 17:44

    Хороший анализ ситуации. За последние 20 лет настолько упал престиж инженера в стране, что приходится Президенту об этом говорить. Да и инженеров все меньше и меньше. Кроме того, болонская система, активно внедряемая Минобром, приведет к тому, что в будущем ожидается вброс “недоучек” – выпускников технических бакалавриатов, которые, в общем-то, никому не нужны. А где магистратуры? Их мало, практически нет. В основном, если только крупнейшие производители готовят специалистов под себя или под выпускаемое ими оборудование. Единственный выход – совместные (кооперативные) действия бизнеса с поддержкой государства (что сомнительно) по организации и финансированию подобных учебных заведений. Иначе инженерный корпус (особенно в машиностроении и обрабатывающей промышленности), уже и так по возрасту на пределе, весь вымрет.

Прокомментировать

 
ОБО МНЕ

Последние записи

Сообщество Практиков Конкурентной разведки (СПКР)

Архивы