Апр
1

Конкурентная разведка и стратегические сюрпризы: почему мониторинг слабых сигналов не является правильным подходом

Авторский перевод поста Филиппа Силберзана и Мило Джонс

Сложность прогнозирования стратегических неожиданностей часто связывают с так называемым «белым шумом». Белым шумом в дальней связи и теории информации называют неструктурированные сигналы, которые затрудняют прием осмысленных сообщений. В последнее время мониторинг слабых сигналов превратился в основу конкурентной разведки. Этому способствовало в значительной мере развитие информационных технологий, которые обеспечивают накопление и квази автоматическую обработку огромного количества данных.

Идея этого подхода состоит в том, чтобы распознать слабые сигналы и на этой основе заранее выявить проблемы (или возможности). В свою очередь это должно позволить заранее подготовиться к неприятностям или  использовать открывающиеся возможности.

Например, некоторые фирмы пытаются распознать действия конкурентов, отслеживая приобретения земли для того, чтобы затем построить фабрику или мониторят подачу заявок на патенты. Это не относится только к бизнесу. В значительной мере вся современная политическая журналистика, связанная в Белым домом, базируется на обнаружении и истолковании слабых сигналов.

По нашему мнению этот подход не слишком эффективен. И тому есть сразу несколько причин. Покажем это на нескольких всем известных примерах.

Большое признание получили работы Роберта Вальштеттера по исследованию архетипов стратегической внезапности на примере нападения на Перл-Харбор. В своих работах он стремился ответить на вопрос – почему американские военные не смогли отследить слабые сигналы, несмотря на имеющиеся в их распоряжении впечатляющие технические средства. В результате исследований он выявил, что у военных был накоплен большой объем информации относительно планов японцев. Значительная часть этой информации была получена не из сторонних источников, а непосредственно из перехвата японских сообщений, поскольку японские коды были вскрыты американцами. Стараясь ответить на вопрос, почему же располагая информацией американские военные  оказались не готовы к японскому нападению, он сделал вывод о том, что проблемы связаны не с отсутствием данных, а с неспособностью извлекать соответствующую информацию из полученных данных.

В своем исследовании он отмечает, что накопление слабых сигналов особенно в современных условиях, когда для анализа открыты все богатства интернета, в достаточном смысле бессмысленно, поскольку мы не знаем, что делать с этой массой сигналов.

Люди в своих действиях исходят не из сигналов, а из представлений и сложившихся взглядов. Великий теоретик и практик менеджмента Питер Друкер писал по этому поводу: «Принятие эффективных решений руководителей не начинается с фактов. Оно начинается с мнений, предположений, точек зрения. Невозможно анализировать факты, если у вас предварительно не выработаны критерии их значимости».

Иными словами вы можете получить все данные слабых сигналов, но они будут бессмысленны, поскольку у вас заранее сформировалась неправильная система критериев и ваш прошлый опыт не соответствует новой реальности, как это случилось с Перл-Харбором.

Лауреат Нобелевской премии Канеман со своим соавтором Тверски сформулировал феномен «веры  в закон малых чисел». Когда у нас слишком много данных, мы не знаем, как отделить зерна от плевел. А когда у нас мало данных, мы, как правило, делаем ошибочные выводы. Эту проблему Насим Талеб определил, как проблему «индейки, которую откармливают ко Дню благодарения». В своей книге «Черный лебедь» он описал ситуацию с мыслящей индейкой. Опрашивая своих подружек, она бы узнала, что всех их хорошо кормят. Из этого бы она сделала вывод, что люди – это очень добрые существа. Свою истинную судьбу индейка бы узнала только в самый последний момент.

Конечно, есть и другие вопросы, делающие малоэффективным, а то и бессмысленным мониторинг слабых сигналов. Одной из таких проблем является рефлексивное управление и намеренная дезинформация. Этим приемом активно пользовался в своей террористической деятельности Бен Ладан, когда с ним поддерживали еще контакты различного рода журналисты. Он их постоянно дезинформировал относительно намерений совершить что-то серьезное. В итоге к 11.09  все оказались неподготовленными.

Третьей проблемой является усталость от слабых сигналов, которые были либо неправильно интерпретированы, либо предупреждали о не случившемся событии. Наиболее яркий пример такого рода усталости от слабых сигналов показал Израиль, который оказался в первые дни совершенно не подготовлен к форсированию Египтом Суэцкого канала во время Войны Судного дня. Израильская разведка, которая известна своей высокой эффективностью, и раньше получала слабые сигналы, после которых командование приводило войска в боевую готовность. Египет видел это и отменял нападения. В итоге восприятие слабых сигналов притупилось и когда нападение состоялось, оно застало Израиль врасплох.

В заключение хотим отметить, что мониторинг слабых сигналов необходим как инструмент конкурентной разведки. Однако он не заменит активный подход и активное взаимодействие с окружающей средой. Мы утверждаем, что мониторинг собственных предположений и гипотез даже более важен, чем мониторинг слабых сигналов.

С сайта

P.S. C последним абзацем поста двух столь уважаемых в мировом сообществе конкурентных разведчиков авторов трудно не согласиться.  Хотя, в общем, ничего нового в этом нет. Ибо один известный русский поэт давно писал: «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется».

Хотя, в контексте поста гораздо более любопытно другое. Были приведены три примера – Перл-Харбора, 11.09 и Войны Судного дня. Так вот. Совсем недавно журнал «Эксперт» опубликовал статью , написанную на материалах архива советского посла в Египте Виноградова. Из них с документальной ясностью становится понятным, что Война Судного дня была с высокой степенью вероятности результатом сговора высших руководителей Израиля, Египта и США, а военные были просто не поставлены в курс дела.

Существует большое число документальных исторических работ, а также материалы расследования Конгресса США, которые доказывают, что высшее американское руководство, включая Т.Рузвельта прекрасно отдавало отчет в полученных слабых сигналов и просто не довело их до командования Тихоокеанским флотом и базой Перл-Харбор. Сделало оно это по вполне конкретным политическим соображениям.

Недавно в Европе вышла сенсационная книга «Немецкая карта. Закрытая игра секретных служб» написанная генералом Бундесвера, бывшим до недавнего времени руководителем военной разведи Германии, аналога нашего ГРУ Гердом-Гельмутом Комоссой. В этой книге в значительной мере посвященной германо-американским политическим, экономическим и разведывательным взаимоотношениям, содержится много очень интересной информации. В частности, автор указывает, что и военная разведка,  и БНД предупреждали американское руководство о чрезвычайно высокой вероятности масштабных террористических актов  в Нью-Йорке и Вашингтоне в сентябре 2001 года. Об этом же, как теперь известно, сообщал высшему американскому руководству и Массад. Далеко не случайно, что 11 сентября ряд израильских компаний, расположенных во Всемирном торговом центре не начал работу в обычное время. Это даже послужило источником разного рода конспирологических гипотез, однако также очевидно, что Массад к атаке на ВТЦ отношения не имел. Интересно и то, что в своем интервью в сентябре 2001 г. крупнейшему американскому телеканалу Владимир Путин сообщил, что в августе российское руководство предупреждало высшее американское руководство о высокой вероятности крупномасштабных террористических атак.

Все это к вопросу о слабых сигналах и неумении их распознавать. Представляется, что во всех трех случаях дело было не в отсутствии критериев, не в усталости от сигналов и неумении их анализировать, а чем-то совершено другом.

    Category МНЕНИЕ ГУРУ     Tags

Прокомментировать

 
ОБО МНЕ

Последние записи

Сообщество Практиков Конкурентной разведки (СПКР)

Архивы